Лента новостей

10:44
Украинцы шокированы условиями нового перемирия на Донбассе
10:09
Доказательства экономического краха ДНР
10:09
Генерал ВСУ выступил за прямые переговоры с Л/ДНР
09:52
Валютная война: к чему приведет падение курса доллара и как это затронет Украину
09:50
На Донбассе «заработало» «хлебное перемирие»
09:47
Всеобщая мобилизация и наступление на Донбассе: громкое заявление команды Зеленского
09:35
Металлические двери в Донецке
20:46
Сглаз: откуда берется, и как от него защититься
08:52
Профессиональная прочистка внутренних канализационных сетей
13:12
Экс-регионалы призывают к капитуляции Донбасса
13:06
Непризнанный выбор Донбасса: кому нужен проукраинский флешмоб?
12:58
В ДНР рассказали, какие тарифы поднимут в ближайшее время
12:53
В Украине сняли запрет на российские соцсети и поисковые системы
12:50
Порошенко снимают с выборов. Что происходит?
12:48
Порошенко идет ко дну. Возможен арест активов
12:44
Материалы для наращивания ресниц: соболь, норка или шелк на выбор
12:29
Профилактическая прочистка труб
10:59
Курортный город ДНР остался без воды
10:56
Выборы продолжают объединять украинцев. Но надолго ли?
10:36
Путин уйдет из Кремля, вопрос уже решен: озвучено имя преемника
08:52
Почем квартиры? Сколько стоит аренда в ДНР?
08:49
Германия выделит еще 3,3 млн евро для проектов «Каритас» на Донбассе
16:10
Сарафан для беременных - комфортная одежда на весь период
12:11
Сколько в России солнечных электростанций?
12:08
Как вывести вшей на длинных волосах дома
09:42
Нашествие саранчи на Донбассе
09:39
Руководство “ДНР” препятствует населению голосовать на выборах в Украине
09:37
Промышленность ДНР: ожидания и реальность
09:34
“Чёрный бизнес” по “ДНРовски”
09:32
В Минске договорились о бессрочном прекращении огня на Донбассе. И не только
09:31
Ответ Путину: вот кому будет предоставлять второе гражданство Зеленский
09:30
Украина послевыборная: Кремлевские сценарии дестабилизации
09:27
Готов ли Путин к переговорам по Донбассу, – мнение
09:25
Зеленский пообещал: К вопросу об упрощении провоза товаров через линию разграничения
15:36
КПВВ на Донбассе в день выборов будут работать в усиленном режиме
15:33
Сортировщики монет и банкнот. Какие бывают и где применяются?
12:35
За 6 месяцев 2019 года бюджет Донетчины получил свыше 1,2 млн грн штрафов
12:32
Кремль выдвинул новые требования Зеленскому: что известно
12:29
У кого самые высокие зарплаты в ДНР
09:24
Как отдыхают жители Донецка на украинском Азовье
09:17
Обнародованы детали последнего разговора Зеленского и Меркель
09:02
«Зеленский, мы хотим обратно!»
09:00
Как из ДНР поехать на украинские выборы?
08:54
В Донецке борются с незаконными рынками
08:50
Названо место на границе с РФ, где начнется Третья мировая
Все новости

Архив публикаций

«    Июль 2019    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031 

Критика власти и пророссийские месседжи: Украинские эксперты о пропаганде

Критика власти и пророссийские месседжи: Украинские эксперты о пропаганде

В течение нескольких последних лет на рассмотрение профильных комитетов был направлен ряд законодательных инициатив, содержащих статьи об ответственности за распространение пророссийских месседжей и «вражеской пропаганды». Кроме того, в журналистских кругах (на фокус-группах, во время профессиональных дискуссий, круглых столов и т.д.) периодически поднимается вопрос о том, как представители и представительницы украинских медиа способствуют ретрансляции «пропаганды врага». При этом сложно понять, что заключает в себе это (довольно обтекаемое) понятие.

В комментариях «Донецким новостям» украинские медиа-эксперты поделились своими мыслями о том, что такое «вражеская пропаганда» (как и пропаганда в принципе), и какая ответственность должна наступать за ее распространение (двое коллег предпочли дать комментарии анонимно).

Сергій Томіленко, голова Національної спілки журналістів України:

– Переконаний, що змінювати медійне законодавство, а тим більше, запроваджувати репресивні норми щодо журналістів, абсолютно неприйнятно до завершення цього року великих виборів. Лише після обрання нового президента та нового складу українського парламенту можемо говорити, що політична кон’юнктура та бажання нейтралізувати опозиційні ЗМІ не буде основною рушійною силою для законотворців, як це є нині.

Вважаю, що чинне законодавство достатньою мірою дозволяє реагувати на відверту ворожу пропаганду – розпалювання міжнаціональної ворожнечі, заклики до повалення державного ладу тощо.

Светлана Закревская, глава правления ОО «Альянс за гражданские права»:

– «Вражеская пропаганда» – термин из сталинских времен. Тогда много людей было отправлено в лагеря за ее «распространение». Потому что этот термин весьма емкий и субъективный. Например, журналист раскрыл схему торговли людьми, в которую вовлечены СБУ Украины, депутаты, ректор одного из известных вузов (недавняя нашумевшая история), а СБУ и прочие задействованные структуры говорят, что «это не правда – мы не такие». Могут ли быть журналисты быть привлечены к ответственности «за распространение вражеской пропаганды»? Думаю – легко. Ведь СБУ же сказала, что это неправда. А зачем эту информацию распространяли? Напрашивается единственный вывод – это вражеская пропаганда с целью опорочить наши замечательные и кристально честные органы. Вот, собственно и весь смысл подобных законодательных инициатив – заткнуть рот расследовательской журналистике.

Ліна Кущ, перша секретар Національної спілки журналістів України:

– Ворожа пропаганда – це матеріали, які містять заклики до порушення територіальної цілісності України, до насильницької зміни влади чи повалення конституційного ладу. Такі дії прямо підпадають під статті Кримінального кодексу, тут дискусії не може бути, а має наставати реакція правоохоронних органів.

Але ініціатори посилення боротьби з ворожою пропагандою займаються підміною понять. Критику влади називають поширенням меседжів російських ЗМІ, а використання журналістами інформації з сайтів, пов’язаних із «адміністрацією» окупованих територій, - інформаційною підтримкою тероризму. В результаті ми бачимо, що достовірна інформація про те, що відбувається в Донецьку чи Луганську, з українських ЗМІ зникає. Частково – через самоцензуру журналістів, які побоюються звинувачень у «підтримці тероризму» чи «легалізації терористів». А для таких звинувачень достатньо використати фото чи цитату з заблокованого сайту, щоб отримати атаку в соціальних мережах, метою якої є дискредитація певного медіа чи журналіста.

Елена Шарпанская, журналистка «Українського радіо»:

– В нашей работе бывает иногда как в медицине – не навреди! И тут понятно, что информацию, факты, чьи-то высказывания нужно трижды перепроверять в трех, минимум, независимых источниках. Не поддаваться на манипуляции и провокации – азбучные истины, которые не все и не всегда помнят.

Но есть еще очень важный момент в работе журналиста, в его ответственности за все сказанное, написанное и показанное. Это – репутационные потери. Они чувствительны только в мире независимых СМИ, куда и мы, конечно, стремимся. Репутация журналиста, издания, канала – это то, над чем работают годами, и что гарантирует рейтинги, рекламодателей, заработки, гонорары и т.д. Потеря репутации обрекает наших западных и американских коллег на бесславное существование вне профессии. Мне кажется, это и есть самая большая ответственность – потерять свое доброе имя и уважение.

Лариса Денисенко, правозахисниця, ведуча «Громадського радіо»:

– Я загалом погано сприймаю спроби криміналізації свободи слова навіть в умовах війни. Є журналістська етика, дотримуватися стандартів і означає бути журналісткою/журналістом. Треба навчитися відповідати за свої слова і не соціалізувати колег, котрі є неетичними. Якщо ж є аргументована необхідність вводити кримінальну відповідальність, щонайменше необхідно, щоб критерії «ворожої пропаганди» мали правову визначеність, були чіткими і зрозумілими.

Антон Визковский, журналист, политолог:

– Я не понимаю, что такое ответственность за распространение вражеской пропаганды. Я знаю, что есть ответственность за разжигание ненависти, за призывы свергнуть конституционный строй, нарушить государственный суверенитет и т.д. Поэтому сейчас под вражескую пропаганду можно подвести все, что не попадает в рамки идей правящей партии. И главное – показывает ее с негативной стороны. То есть парламентарии, понимая шатающиеся стулья под афедронами на кануне выборов, начинают воплощать заветную мечту – Совок 2.0. Правильном путем идут товарищи. Особенно весело это выглядит на фоне последних расследований и признания неконституционной статьи про незаконное обогащение. Интересно, позволит ли народ воплотить этот юридический бред?

Ольга Веснянка, медіа-тренерка, журналістка:

– Не упевнена, що розумію, що мають на увазі під «поширенням ворожої пропаганди». Припускаю, що й самі ініціатори/ки до кінця не упевнені. Як на мене, зараз на часі боротьба з дезінформацією, фейками. Це терміни, якими легше оперувати у правовому полі, включно з європейським і світовим досвідом.

Бо, як, до речі, визначити «вороже» походження провокаційного тексту? Це цілком може бути й проукраїнський ззовні текст, який своєю емоційністю, чи узагальненням, чи неправдивістю підбурюватиме, наприклад, до протистоянь чи заворушень, чи нападів. Водночас проблемою зараз виглядають не саме фахові журналісти і журналістки і їх робота, а жовті сайти, так звані «зливні бачки». Треба оцінювати за контентом й міркувати про підтримку медіаграмотності, факт-чекінгу, інших інструментів, які інформуватимуть аудиторію в інтернеті про те, що інфомація може бути фейковою на цьому ресурсі, з огляду на прозорі критерії.

Алена Лунева, правозащитница, «Центр информации о правах человека»:

– Думаю, что об ответственности за распространение «вражеской» пропаганды может идти речь только в случае, если подобное преступление/правонарушение появится в Уголовном кодексе или КУпАП. Но тут возникают, на мой взгляд, два важных вопроса. Первый – это прописание объективной стороны деяния, в чем конкретно заключается его противоправность или общественная опасность. Второй – только ли за «вражескую» пропаганду должен наказывать Закон? На мой взгляд, ответственность за слово должна наступать не через внесение условного списка запрещенных слов в Закон, а через внутреннюю регуляцию журналистского сообщества и реакцию людей на тот или иной журналистский материал, который является пропагандистским.

Ия Кива, поетка, журналістка:

– Перш ніж говорити про поширення ворожої пропаганди, потрібно визначитися з термінами. Ворог – це хто? Він може бути лише зовнішнім чи внутрішнім також? Ворожа пропаганда – це що? Які її зміст, форми, мета, канали розповсюдження? Ми ж розуміємо, що пропаганда також може бути прихованою? Для того щоб відповісти на ці та інші питання, потрібна серйозна експертиза, довкола висновків якої можливо вибудувати суспільний договір.

Натомість ми живемо в країні, де війну все ще називають АТО (ООС – ред.), військове вторгнення – сепаратизмом, а окупантів – терористами. До того ж варто сформулювати мету протидії розповсюдженню ворожої пропаганди, а також критерії, за якими ми збираємося відрізняти це розповсюдження від подання альтернативної точки зору чи критики влади.

Крім того, якщо якомусь виданню чи журналістові закидають ворожу пропаганду, «склад злочину» треба доводити, тобто знову ж таки потрібен аналіз фахівців із детальним зазначенням того, що і як було викривлено. І тут цікаво – хто і за чий кошт це робитиме.

Поняття «ворожа пропаганда» актуалізувалося на тлі війні з Російською Федерацією. Але варто усвідомлювати, що відсутність чітких дефініцій, критеріїв та процедур, які мають розробляти не депутати Верховної Ради, а незалежні експерти, може призвести до того, що слушна на позір ідея захистити інформаційний простір України в руках сумнівних можновладців може перетворитися на інструмент розправи з незручними журналістами як мінімум та введення цензури як максимум. І тут не треба далеко ходити за прикладами з радянського минулого, де існувала кримінальна відповідальність за «антирадянську агітацію та пропаганду».

Я не є експерткою з поставлених питань, але я всім серцем за те, щоб перш ніж вводити якісь заборони чи відповідальність, продиктовані викликами воєнного часу, треба розглядати не лише потенційну користь, а й потенційну небезпеку від ухвалення певних рішень.

Александр Билинский, издатель онлайн-журнала Свои.City:

– В эпоху доминирования Facebook, Telegram и других соцсетей распространение пропаганды становится приоритетным вопросом не столько для журналистов (медиа с каждым годом проигрывают борьбу за читателя), а для платформ. Сейчас в вашей ленте Facebook могут соседствовать материал американского издания New York Times, российского «Первого канала», украинского сайта фейковых новостей и, например, какого-то наспех созданного «ДНРовского» ресурса. И не обязательно вы должны быть подписчиком этих изданий. Достаточно, чтобы ваши друзья ими поделились, поставили лайк или прокомментировали. А если фейковые материалы поставить на платное продвижение в соцсетях, то вы удивитесь тому количеству людей, которые их воспринимают всерьез.

Если же говорить о российской пропаганде, то ее распространение возможно. В том числе через украинские медиа из-за отсутствия каких-либо возможностей для проверки информации, к примеру, на оккупированных территориях или на территории самой России. Посмотрите на сотни опубликованных материалов о якобы задержании в России экс-«министра налогов и сборов ДНР» Александра Тимофеева («Ташкента»). Кто-то проверял факт его задержания? Нет. Есть возможность оперативной проверки? Фактически нет, только если использовать связи среди российских журналистов (но их тоже могут втемную использовать спецслужбы).

А помните информацию о том, что рейс с украинским политзаключенным и режиссером Олегом Сенцовым вылетел из города Салехард якобы в Киев? Ее распространила российская журналиста из издания «Новая газета» (довольно оппозиционного к российским властям). Сотни СМИ Украины ее опубликовали, но проверить ни у кого не было возможности.

Потому, на мой взгляд, с ростом платформ, увеличением количества времени, проведенного в соцсетях, и объективной невозможностью проверки информации в эпоху гибридных войн – журналистика, особенно информационная, никогда не будет прежней.

Анна (тележурналистка):

– «Вражеская пропаганда», с моей точки зрения, по сути ничем не отличается от «дружеской пропаганды». Просто в этом случае пропагандист, прикрывающийся корочкой «журналиста», преследует цели и интересы противника. Эдакий двойной агент – для кого-то шпион, для кого-то разведчик. К журналистике деятельность пропагандиста не имеет никакого отношения, но в условиях конфликта эти люди мимикрируют именно под журналистов.

Считать «пропагандой» репортажи о жизни и процессах, происходящих с «той стороны», если это документальное изложение фактов, – нельзя. Но в украинском больном обществе даже отчеты ОБСЕ называют «пропагандой». Надо понимать, что в массе население – и с той и с другой стороны линии огня – глубоко инфантильное и неграмотное.

Как с этим жить? Надеяться, что рано или поздно мы все повзрослеем. Если выживем, конечно.

Наталья (интернет-издание):

– Давайте честно признаемся себе в том, что пропаганда не бывает «хорошей» или «плохой», поскольку пропаганда – это всегда искусственная поляризация общества. В Украине нет монополии на пропаганду, здесь не работает какой-то отдельный «холдинг по оболваниванию населения». Надо учитывать, в каком перманентном стрессе живут люди, и сюда же – травма войны, обострение хронических заболеваний, нехватка средств на закрытие базовых потребностей. Народ искусственно разделили, но на самом деле разделение произошло только в медиа, а людям внушили, что оно реально было. Было не разделение на «своих» и «чужих», была игра на противоречиях и затаенных обидах. Так вот на фоне всего вышесказанного, я считаю, надо отбивать руки за любую – любую! – пропаганду. Точка. Тут больше нечего обсуждать.


Похожие публикации

Добавьте комментарий


Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Наверх

istanbul escort

istanbul escort